Вы, наверное, знаете Хорхе Луиса Борхеса? Современник писателя по имени Хулио Кортасар. Аргентинские писатели.

*** Вы, наверное, знаете Хорхе Луиса Борхеса? Современник писателя по имени Хулио Кортасар. Аргентинские писатели. Борхес, оказывается, был библиотекарем, и в восторженном предисловии переводчика Шарифа Ахмада он очень превознесён. Кстати, книга называется «Приближение к Альмутасиму», это продукция «Академнашра». Я прочитал два его сочинения, названных рассказами. Первое — об Аверроэсе. Этот человек на самом деле — Ибн Рушд. Об Ибн Рушде спросите у google или у лживого ChatGPT. Содержание рассказа таково: Ибн Рушд, читая «Поэтику» Аристотеля, сидит и не понимает терминов «трагедия» и «комедия». Тогда один его собеседник рассказывает ему о театральном спектакле, который видел в Китае. На самом деле его рассказ и был ключом к пониманию трагедии и комедии, но Аверроэс этого не знает. Написав комментарий к «Поэтике», он отмечает, что трагедия — это хвалебная песнь, а комедия — проклятие. То есть он понимает эти термины именно так. Борхес, как и все западные прозаики, забравшись наверх, смотрит на всё человечество свысока, особенно — не понимая ислама, свободно рассуждает об исламских учёных. Между тем его взгляды на ислам крайне поверхностны и односторонни, и в основе его подхода чувствуется понимание религии как продукта человеческого сознания. «Приближение к Альмутасиму» — это, должно быть, эссе о произведении с таким названием. Он читает и сравнивает два издания этого произведения, пишет своё мнение. Говорит, что это произведение написано под вдохновением от поэмы хазрата Фаридуддина Аттара «Мантик ут-тайр». Анализируя книгу «Приближение к Альмутасиму», он обвиняет автора в том, что на следующем этапе тот отдалился от реализма. То есть в первом издании этого произведения события были жизненными, а в следующем приняли фантастический характер. То есть Борхесу не нравится проявление в произведении идеи о том, что все пути ведут к Единому Богу. На самом деле, подумал я, ему не понравилась не идея, а то, что писатель перешёл на сторону веры. Борхес, которого так хвалили и о котором говорили, что для его чтения нужна подготовка, что он не для средних, а для элитных читателей, кажется мне обычным сочинителем; если смешивать плотные описания, разные имена и географические названия, намёки на события, фантазии, описания наваждений и вытягивать всё это в одну линию считается искусством, то, возможно, для кого-то Борхес — большой писатель, но у меня он вызвал представление о человеке, оставшемся с детским мышлением, живущем в колебаниях среди вопросов, ограничившем мир материей, прожившем с туманными взглядами о том, будто за материей стоит высший разум. Теперь любители Борхеса могут это опровергнуть, это было моё личное мнение.