Мысль «я стану известным» рождается от болезни сердца. Быть известным, слава и почёт — это когда одного…

Мысль «я стану известным» рождается от болезни сердца. Быть известным, слава и почёт — это когда одного человека знают многие. Конечно, если знают по хорошим качествам, это ещё приятнее: очень умный, учёный, трудолюбивый, красивый, сильный и так далее. Все мы любим слышать о себе добрые слова, особенно если их говорят там, где нас нет, если многие произносят наше имя с почётом, — тогда мы себя не помним от радости. Дурные слова никому не нравятся — обычно это слова правдивые. Чаще всего нас приводит в бешенство не клевета о нас, а именно правда. А уж если говорят за нашей спиной, мы быстро начинаем враждовать с тем, кто говорил. Мы начали разговор о том, чтобы быть известным. Согласно нашим книгам, написанным тысячу лет назад, например, как известно из «Истории пророков» хазрата Рабгузи, Бог говорит: «Я был сокровищем и пожелал быть познанным, и тогда Я сотворил человека». Воля Бога была в том, чтобы дать Себя познать. Не углубляясь в вопрос, обратим внимание на один смысл, приведённый в книге хазрата имама аль-Газали: «В человеке есть качества рубубийи, животности, шайтанства и милосердия». Здесь нам нужно пояснить рубубийю, потому что она больше связана с нашей темой: когда человек уподобляет себя Богу — это и есть рубубийя. Бог восхваляет Себя, велит восхвалять Себя, любит тех, кто Его восхваляет, повелевает познавать Себя. Если и человек хвалит себя, любит, когда его хвалят, стремится заявить о себе, — это и есть проявление желания стать богом. Полностью вычистив это желание изнутри, человек становится любимым Богом. Это другой вопрос; мы же хотели сказать о стремлении к известности и рассказали о его корне; по-арабски это ещё называют «хубб аз-зухур» — любовь к тому, чтобы являть себя. Известность подобает Богу. Каждый раб обязан познать Бога. Если не познает — обидит самого себя. Если человек оставит это дело и займётся тем, чтобы заявить о себе, он мало-помалу угодит в когти несчастья. Чем сильнее в человеке жажда славы, тем огромнее его нафс. «Как бы мне прославиться?» — с этой болью человек готов на что угодно. Всё, что он пишет, говорит, его степенный облик — всё-всё направлено на то, чтобы стать известным. В работе, преподносимой как творчество, звучит не идея, а притязание «я». Люди, жаждущие славы и почёта, и ценность других измеряют количеством славы и почёта. Быть известным — опасность. Прежде всего человек впадает в высокомерие и самолюбование. Если его оставляют без внимания, то есть если никто за ним больше не следит, он обижается. Сегодня — страдает от отсутствия лайков и всяческого признания. Затем, чтобы вернуть себе трон славы и почёта, готов на что угодно. Так у человека начинается нравственный надлом — стадия самоуничижения и самоопозоривания. Вино славы и почёта настолько крепко, что зависимый от него человек никогда им не насыщается; от этого вина он набирается сил и в хмелю всё старается и старается, всё работает и работает. Тот, кто через известность хочет возвыситься над другими, в итоге становится рабом людских глаз и слов. Опьянев от аплодисментов, он ведёт себя очень смешно и жалко. Ум его убывает. Но человеку нужно лишь зрелище. Очень большая часть людей смотрит на знаменитостей ради зрелища. Чтобы не скучать. Завтра эта знаменитость забудется — увлекутся другой. Просто голодные глаза и пустые слова. Больше ничего. Обладателей сердца и разума мало. Тех, кто ценит истинное знание, обладателей познания и просвещения, преданности и искренности — чрезвычайно мало. Если они считают кого-то учёным, то слушают его, желая извлечь пользу. А простонародье слушает, чтобы пересказывать, искать недостатки, хвалить или оскорблять. Поэтому проповедник надрывает душу, а слушатели не смотрят в суть идеи — расходятся, сплетничая о говорящем и о сказанном.

Внимание людей, их многочисленность не ведут к цели. Цель достигается тем, чтобы найти истинных людей, обладателей истинного сердца, и вести с ними сокровенную беседу. Как из сорока тонн земли добывают четыре грамма золота, так и среди миллионов людей находятся истинные. По правде говоря, призыв обращён к ним. Да и простому народу, видимо, лучше прислушаться к просвещённому слову, чем заниматься пустословием. Слов стало много, а цель, кажется, осталась в стороне. Вывод, который хотелось сказать, таков: не выходи на люди, пока не созрел. Не кричи, пока не выросли крылья. Когда постигнешь истины, не хватит сил промолчать. А потом не хватит сил говорить. Желание всем всё объяснить обернётся напрасной тратой. Настоящая истина придавливает человека и лишает его дара речи. То есть те, кто хранит молчание, — сильнейшие. Кроме того, истинное слово, хотя и весомо, приносит говорящему не наслаждение, а лишь муку. Фраза, которая не причиняет ни малейшей боли и очень нравится, с очень большой вероятностью — чистейшая ложь.

Акром МАЛИК