Письмо грешнику

Иди сюда, товарищ по боли. Давай поговорим с тобой по душам. Дорогой мой, я не ангел. И не притязаю стать ангелом. Я потомок человека, сотворённого из чёрной-пречёрной земли. Вдобавок начало моё — из весьма зловонной и неприятной воды. Обвинять других и гнушаться грешниками оставим людям аскезы. Они это делают мастерски. Им очень хочется опозорить нас с тобой до последнего позора, разгласить на весь мир наши пороки и грехи, вылить на нас помои упрёков, а если получится — собрать толпу, сначала избить палками, погонять палками, а потом побить камнями. Если так написано на роду — увидим. Мы ведь не благородные и не чудотворцы, как те почтенные люди аскезы и богобоязненности, мы не чисты-пречисты, как они, словно младенец, только что рождённый матерью; напротив, мы бедолаги, у которых вся одежда вымазана мусором, грязью, нечистотами притеснения. Отдадим кафедры людям богобоязненности — пусть наслаждаются, говоря: «Сказал Аллах» и «Сказал Посланник Аллаха». Вручим людям аскезы почётные места на пиршествах и престолы собраний — пусть, читая проповеди и наставления, упиваются до самозабвения! Оставим тем чудотворцам то, как толпа с гулом бежит к ним и обходит, словно святыню, их полы и плечи, — чтобы они от этого с бесконечной лёгкостью парили в небесах. Нам пусть достанутся места под ногами и пороги — будем лежать вперемешку с обувью. Нам пусть достанутся кабаки и развалины — будем спать, завернувшись в паутину. Пусть в глаза нам вонзаются указующие пальцы-шила, укоры и попрёки людей, пусть они проходят мимо, с отвращением резко отворачиваясь и бросая: «И ты ещё человек?» — а мы, бедные, промолчим. Ведь о какой истине говорят фальшивые праздники и показная роскошь этого мира? Чьи благие дела и покаяния ты можешь назвать угодными Богу, а какие грехи и непокорность — отвергнутыми? Знаешь ли ты точно, какие лбы, склонённые в земном поклоне, Бог приговорит к аду, а каких бунтарей и ослушников почтит раем? Если Бог отвергнет поклонение тех, чьи лица источают величие и важность, а грехи бедолаг, из чьего существа пылает ослушание и чей каждый день проходит во тьме непокорности, будут покрыты божественной милостью, — кто посмеет сказать, что это ошибка! Раз никакой чин в глазах творений не служит порукой милости Истинного, то какое оскорбление на языке тварей ты можешь назвать путёвкой в ад?! О грешник! Группа людей отправилась в путь. Дорога их пролегала через дивные цветники и сады, и вдруг они наткнулись на чёрное-пречёрное, зловонное болото. Все они упали в это болото. Кое-как выбравшись из болота, они проходили немного — и снова увязали в грязи. С другого края болота нарядно одетые люди смеялись над ними, не хотели помочь и брезговали: если поможем, их грязь к нам пристанет. От этого сердца увязших в грязи разрывались.

Тогда один из них горячо взмолился: «И добро, и зло — от Бога; о Боже мой, спаси нас из этого болота!» И Бог вложил в его сердце надежду и силу. Он сказал всем увязшим: «Крепко держитесь за руки друг друга!» Так посреди болота возникла цепь. Бедолаги, крепко державшиеся друг за друга, пытались выбраться из грязи — и снова падали. Не в силах вынести этой муки, они плакали, но всё равно снова брали друга за руку. Их плач, то, что они увязли в грязи по самое лицо, что рты их наполнялись грязью, вызывали отвращение у чистюль, шедших чуть выше. «Вы сами виноваты, вы достойны того, чтобы жрать грязь», — говорили те, плевали в их сторону и продолжали свой путь, распевая песни. Наконец и тем, кто был в болоте, после бесконечных мук улыбнулось счастье: они добрались до берега. Один за другим выбрались из грязи. Но все они были страшно зловонны. На их лица было невозможно смотреть. Тут небо затянули тучи. Тех, кто, пройдя краем болота, пришёл сюда, охватила печаль: если сейчас хлынет ливень, дороги развезёт, и мы застрянем в грязи! Да, хлынул ливень. Ливень омыл всех вымазанных грязью людей. На их телах не осталось ни пылинки грязи. Они босиком, с блаженством и воодушевлением побежали к цели. А те, кто пришёл краем болота, брезгуя лужами и грязью, появившимися от дождя, всё сильнее пачкали одежду — совсем не так, как им хотелось. О грешник!

Ты понял суть рассказа? Оставь в покое тех, кто наслаждается в цветнике! Не смотри на тех людей аскезы, что удержали свои глаза от запретного, — смотри на такого же грешника, как ты. Я тоже из твоей породы. Не жди помощи от тех чудотворцев — держись обитателей развалин, таких же, как ты. Верь: мы непременно выберемся из этой грязи; верь: дождь, что прольётся, сделает нас чистыми-пречистыми. Быть самому чистым-пречистым ничего не решает; не теряй надежды на милость Бога и не будь спокоен насчёт Его гнева. Отчаиваться, думая: «Бог не очистит меня от грехов», — значит считать милость Бога меньше своих дел. Успокаиваться, думая: «Бог не накажет меня за грехи», — значит считать свои деяния больше гнева Бога. Да убережёт Аллах от того и другого! Я не спасу тебя от греха, но верь: рано или поздно ты выберешься из этого болота! Тебе протянут руку помощи, очень скоро! Только не робей, иди к той надежде, к путям, ведущим к той надежде.

Акром МАЛИК