О сердце, жаждущее пути пророков,
Ты, кто мечтал о пути святых! Считай себя мёртвым прежде смерти,
Стихи: Вера
Стихи Акрома Малика — новые сверху. Выберите по настроению.
Нет в поклонении рвения, нет чувства, Боже мой,
В сердце нет и запаха страха, Боже мой, От истигфара не осталось и следа, Боже мой,
Если ты прав — не обижайся и не обижай, и всё,
Если ты прав — Истинный тебя защитит. Если ты прав — не огорчайся и не огорчай, и всё,
Не всякому слову, что слышишь, можно верить,
Как не всё увиденное бывает правдой. Невозможно жить, отрёкшись от правдивого слова,
Никто не вправе ни перед одним рабом
Закрывать двери покаяния. Живи, пусть даже облачась в рубище,
Раб, берегись, будь осторожен,
Никогда не говори о тайне, которой не знаешь. Пусть ты сияешь, как огонь, смеёшься, как цветы, —
Уходящим мы сказали: «Прощайте, будьте благополучны»,
Пришедшим раскрыли объятия — салам Вам! Кому-то вы хороши, для кого-то плохи, —
Он был ещё ребёнком — шлёпая по грязи,
Скакал верхом на палке, как на коне. Не испив ещё яда раскаяния,
Один путник претерпел от людей много обид,
От клинка его сердце изрезано в клочья. Тело — ладно, но дух его в смятенье,
Будь я совершенен, будь я чист,
Разве нуждался бы я в твоём воспитании?! Когда я изранен, когда грудь моя разорвана,
От хитрости нафса разум остолбенеет,
Шайтан, насторожившись, караулит из укрытий. Не в силах постичь Истину, застынут мысль и сознанье,
Что есть страх пред Богом? Рыдать и всхлипывать?
Кричать во всеуслышанье: «Я боюсь Бога»? Или быть с виду похожим на пира?
Если кто-то выкажет тебе ненависть
Или бросит в тебя камень клеветы, Не говори, глядя на обвинителя: «Я чист»,
Когда Творец мира создавал Адама,
Ангелы весьма изумились. «Я знаю непременно то, чего не знаете вы, —
«Сколько тебе осталось жить?» — спросил я себя,
И понял: разуму не под силу даже предположить. «Проснись!» — толкнул я своё тело: о, если б оно открыло глаза,
Я заблудился. Заблудился. Совершал ошибки.
Сам сунул голову в петлю слов. В итоге пришёл я к Тебе нагим,
Когда Господь сотворял мир,
Он сделал сердце человека осью. Земля была распростёрта, небо вознеслось,
Господь мой, яви милость, прости, Боже мой,
Неужто я не вмещаюсь ни в один уголок?.. В колодец ли я упал, где моё место?..
Пусть умру я. Возьми себе всю жизнь.
Слёзы — мне. Тебе — улыбка. Возьмёшь прах — пусть станет он золотом, и дозволенным,
Порой я будто остался в могиле,
Вокруг тишина, я совсем один. На Тебя одного опираюсь, Боже мой,
Этот мир был сотворён для сердца,
А сердце было сотворено для Всевышнего. Чтобы, поминая Всевышнего, обрело оно чистоту, —
Не всякий, кто первым отправился в путь,
Всегда одерживает победу, друг. Пока над тобой властвует нафс,
Согрешивший верующий не зря вздыхает «ох»,
Ведь в слове «гунох» — «грех» — есть своё «ох». Грех сеет в сердце одни лишь шипы,
Пламя скорби всё гуще и гуще,
Тело твоё — как шкварка в этом огне. Значит, ты страстно полюбил людей мира,